Вот такие пироги

Буквально пару часов назад общалась с приятелем - одним из немногих, посвященных в мои наполеоновские планы. Этот приятель, надо сказать, свое уже изъездил, и во многом именно благодаря ему во мне проснулась эта непреодолимая тяга к авантюрам. Уехать за тысячу километров от дома - это по-нашему. Как часто повторяет одна очень замечательная девушка: "Жизнь - это не репетиция". Жизнь это не репетиция!

  И вот, этот приятель спрашивает, мол, как оно, мое легкоранимое сердечко - трепещет ли в предвкушении скорой поездки? Не постукивает ли аритмично, не потеют ли ладошки и прочие плоские поверхности? Честно? Нет. Совершенно.
 Меня абсолютно не пугает перспектива провести год вдали от дома. Да и чего тут бояться? Одиночества? Пф. Холодных тевтонцев с каменными сердцами? Пфпф. "Я никогда не найду себе друзей, мне будет скучно и тоскливо, я буду дружить с бомжами и прочими маргиналами, а дети будут меня третировать и уничтожать морально"? Да я вас умоляю.
  В последние дни я безуспешно пестовала в себе ощущение скорой дороги. Давай, давааай! Работай, мозг, несись конем, сознание! Хоть всплакни, хоть погрусти. Но нет. Да и к чему грусть? О чем тосковать? Ведь это большая радость! Представьте - целый год без придурошных соседей. Целый год всяких разных приключений и гастрономических крестовых походов. Новый опыт, новые люди, новые места. Как сказала бы Эллочка Людоедка: "Знаменито!"
  Но да ладно.
  Это - последняя перед Германией запись. О том, как я буду складывать вещи, рассказывать не стану, потому что по уровню трагизма эта эпопея с вещами может дать хорошую такую фору любому произведению Шекспира.
  В следующий раз наша теле-радиокомпания будет вещать из Ландсберга.

Give a little love

Сейчас у нас уже 25 августа, а это значит, что до моего отъезда в Челябинск осталась ровно одна неделя. И эта неделя обещает быть довольно напряженной. И дело даже вовсе не в том, что предстоит доделать все то, что я с упорством Сизифа откладывала на самый последний день: дело в том, что неделя перед отъездом - это еще и огромное испытание нервов.

  И пусть в меня бросит камень тот, кто, отправляясь куда-то на довольно долгий промежуток времени, не перебирал в голове, словно речную гальку, мысли о том, что через несколько дней все будет совсем иначе.
  То чувство - когда ты впервые засыпаешь на чужой кровати и на ней же просыпаешься. Другой потолок над головой, другая текстура одеяла и простыней. Другие запахи и другие звуки. Совсем крошечный промежуток времени - несколько секунд, не больше - ты не можешь понять, где находишься, а когда понимаешь, все твое нутро заполняет горечь. Ну вот, приехали. Какого черта я тут забыл.

There are streets paved with gold

Где-то месяц назад, когда я усиленно готовила себя к отказу в визе, я начала думать о том, почему хочу поехать, и что будет, если визу мне все-таки не дадут. Такое подвешенное состояние, когда от тебя ничего уже не зависит, а результат пока еще не известен, невероятно меня раздражает - ожиданию и сомнениям я предпочитаю отказ. С точностью наоборот: "Пусть живу я и не знаю - любишь или нет // Это лучше, чем, признавшись, слышать "нет" в ответ". Ну все не как у людей!

  Но к чему я это.
  К тому, что у каждой ситуации есть две стороны. "Какой глубокий и неожиданный вывод", - скажите вы. А так оно и есть, и я даже скажу, почему так думаю.
  Если подумать, отказ в визе, когда тебе ну очень хочется в Германию - это однозначно плохо. Самое интересное - только после посольства, когда я, будто побитая собака, плелась домой и размышляла, где лучше всего прыгнуть головой вниз в Ишим (или Есиль, река такая), я поняла, насколько сильно хочу поехать. Интересные мы существа, люди, да? Когда что-то находится на расстоянии вытянутой руки - "фе, не хочу я это - то подавай"; а стоит немного это что-то отодвинуть - "верни! верни, кому сказала!" И все. И ничего больше не хочется - только это и нужно.

Языки и куда они ведут

Осталось две недели. Наконец-то я могу это сказать! Не "две недели и еще вот столечко", а именно две недели. Две недели - очень хороший срок. Очень конкретный и ко многому обязывающий.

  И если у кого-то в голове крутится "Жанна, дурень ты степная, что ты несешь", то оно и понятно - я сама толком не понимаю, почему эти четырнадцать дней внушают мне такой трепет.

Travel journal

Иногда насмотришься Интернета и только диву даешься - чего только люди не выдумывают! Я сейчас не говорю о сумасшедших жителях ютуба, занимающихся членовредительством с целью получения "пальцев вверх", или других подобных потенциальных шизиках. Я о созидательном творчестве - процессе с минимальным деструктивным коэффициентом. О людях, несущих прекрасное в народные массы.

  Итак, до старта опэр-года остались жалкие две с хвостиком недели. Это и мало, и одновременно "дохерища!" (с): вроде бы ничего важного и жизнеутверждающего уже не сделать, но чем заниматься эти две недели, чтобы не чувствовать себя помесью околевшего бревна и замшелего ленивца, - совсем не понятно. Дилемма дилемм! И ответы, естественно, нужно искать в Сети.

Принцип кота

Сегодня хочу поговорить о чем-то, совсем даже не связанном с опэрством. Хочу поговорить о неблагодарности и простой глупости. Потому что никак по-другому это и не назовешь.

  Скажем так: я совсем далека от ура-патриотизма и любой другой формы радикальных измышлений. Обстоятельство того, что ты родился в каком-то определенном месте, не является твоей заслугой - гордиться тут нечем. Но можно гордиться тем, что тебе дало твое государство и историей, вершителем которой был твой народ. То, что я горжусь своей страной, еще не значит, что я как-то свысока или каким-то иным пренебрежительным образом смотрю на другие государства и их жителей - они, люди других земель / национальностей / верований, имеют абсолютно такое же право гордиться своей страной и всеми теми благами, которыми они обладают.

That one time I got high

Заграница и болезни - это вообще отдельная тема, которой можно посвятить целую книгу или даже серию книг. Странное это дело - стоит уехать из дому хотя бы на жалкую неделю, и с тобой обязательно приключится все то, о чем ты и думать не смел. И конечно, все те болезни, которые старательно обходили тебя стороной, когда под рукой были все знакомые антибиотики, голодным волком набрасываются на твой разгоряченный дорогой иммунитет, едва ты окажешься за сотню километров от дома.

  Болеть - процесс неприятный. Могу похвастаться - мой твердокаменный иммунитет борется со всякой хворью так, что у последней нет ни единого шанса. Иммунитет раскидывает их направо и налево. Могу в кроссовках гонять по сугробам, есть мороженое пачками, спать с открытым окном в минусовую температуру и общаться со смертельно больными ипохондриками. Мне все ни по чем.
  Но это только до тех пор, пока я нахожусь дома: как только родные стены остались за горизонтом, начинается веселье. Наш бордель открывает свои двери.

Дорогою добра

В последние несколько дней почти все, чем я занимаюсь, как-то связано с путешествиями. То ссылок у людей пострелять, то посмотреть, куда надо съездить, а куда надо съездить обязательно. Казалось бы, учитывая то, что вся эта тема занимает меня уже что-то около полугода, странного тут ничего нет. Нет, собственно, странного ничего. Только вот мои полугодичные измышления из абстрактных совсем скоро могут стать реальными.

  И это очень волнительно.
  Я уже говорила - я бог не весть какая путешественница. Не скажу, что на своем веку мне пришлось изрядно исколесить нашу землю. Что землю - я и по Казахстану не особо путешествовала. Но Казахстан - это совершенно другая история, потому что страна большая, а городов мало. Вот и выходит, что между пунктом А и пунктом Б с легкостью может быть пять сотен километров или двенадцать часов пути. И пейзажи за окном разнообразием не радуют: деревце посреди степи - это уже событие.

Гастфамилие

Как уже неоднократно упоминалось, моя принимающая семья живет в Ландсберге на Лехе. В принципе, не могу сказать, что я знаю всю "подноготную" этого семейства - так получилось, что мы как-то очень быстро друг другу приглянулись, и, "влюбленные по уши", решили сыграть свадьбу. Нет-нет, не так.

  В общем, не могу сказать, что знаю, у кого из них во сколько лет прорезались коренные зубы (если прорезались), или кто какой цвет любит. Я этого не узнавала.
  Но кое-что я о них все-таки знаю и хочу немного об этом рассказать. Чтобы потом, через долгие-долгие месяцы, проведенные на берегу этого самого Леха, смотреть назад, в прошлое, и вспоминать: "Да-да, как мало я ведал, как глуп я был". Ну или утвердиться в своих впечатлениях. В общем, посмотрим.

Немецкий язык

В последнее время как-то совсем не хочется учить немецкий язык. Оно и понятно - моя мятежная душа требует перемен, ведь в последние два месяца я только и делала, что учила новые слова, слушала песни и пыталась вникнуть в проблемы людей, звонящих теле-гуру в поисках ответов на их жизненные коллизии. В общем, немецкий мне слегка поднадоел.

  А вообще, сегодня я хотела рассказать, как мы с ним вообще встретились.
  Была темная ночь и ничто не предвещало беды. Вот серьезно!
  Тогда мне было лет 15-16, мой брат должен был вот-вот вернуться из Штатов, и маме почему-то пришло в голову, что он должен прилететь ночью в аэропорт нашего города. Итак, ночь, около 2 часов, мама будит меня, чтобы я составила ей компанию. Мы едем в аэропорт.