Интермедия

Вчерашняя ночь плавно перетекла в сегодняшний день. Перетекла так перетекла - сегодняшнее утро радовало нас туманами, метровыми слизняками и клочковатыми низкими облаками, терявшимися в обитающих тут во множестве представителях сосновых и пихтовых. Все как всегда.

  Дети встали. Тут можно было бы поставить точку и закончить пост. Потому что дальше идут нелицеприятные детали, которые мы, зубры ухода за малолетними, называем буднями опэр.

  Итак, дети встали в том же количестве, в котором ложились спать - две штуки. Дети роптали и требовали телевизора. Я, как хорошая опэр, с серьезным лицом поинтересовалась:

  - А мама вам разрешает смотреть телевизор по утрам в воскресенье?

  - Что за вопрос?! Конечно, да! - в один голос ответили подопечные мне дети.

  Врут как дышат. Я то знаю, что телевизор с утра они никогда не смотрят. Но таким вот примитивным и довольно аморальным способом я прикрываю свои тылы: мне-то разницы никакой, смотрят они телевизор или нет, но если мать семейства начнет с меня спрашивать, я ей честно отвечу, что дети мне честно соврали. Если этот месяц в Германии меня чему-то и научил, так это тому, что геройствовать ни в коем случае не надо и брать на себя ответственность за этих почти уголовников - дохлый номер, стоящий многих невинно убиенных нервных клеток. Детей-то своих, в случае чего, мать семейства из дома не попрет. А я кто? Пришлый человек. Сегодня есть, завтра нет.

  Так, что-то я прям разошлась.

  Итак, дети смотрят зомбо-ящик, земля совершает свой полет вокруг солнца, птицы щебечут, солнце неуверенно берет высоту. Через пару часов приехала старшая сестра и комплект матрешек детей был собран. К трем часам подъехали родители.

  Хотя нет, погодите. Перед этим у нас была очередная трагедия в трех действах. Тут вообще ни один день не проходит без каких-нибудь эмоциональных потрясений - то, представьте, вместо получаса можно играть на планшете только двадцать минут, то ключи теряются в самый неподходящий момент, а то и вовсе нужно ложиться спать. Точка. Ложиться спать. Иногда и это оборачивается народными стенаниями.

  Сегодня для драмы случился повод: одна из сестер не захотела брать с собой шкета в гости и этот последний, завидев ногу опэр Джяны, обнял ее по схеме "стриптизерша и шест", рисунок первый. Действия разворачиваются посредине дороги. Десяти минут увещеваний и нескольких конвульсивных движений ногой хватило для того, чтобы двадцатикилограммовое тело шкета проследовало умирать от разбитого сердца в дом. Там истерика сошла на нет и все жили долго и счастливо.

  И вот, в три приехали родители. Захватив свою книжку, я укатила в леса, где наслаждалась обществом комаров и редких пенсионеров, практикующих шведскую ходьбу. Моя душа пела, моя душа ликовала. Ликовала так, что на радостях я укатила в соседний город. Там, оказывается, есть православная церковь. Покружив вокруг нее, я укатила обратно.

  А сейчас, сейчас! Я только что заказала билет из Праги в Лодзь. Тут я заговорщицки подмигну и выдержу должную паузу.

  Да-да, на следующей неделе я еду в Польшу! Со многими пересадками, через города и долы. Но я еду в Польшу!

  И это тяжелое для моего кошелька и печени время я постараюсь провести по-максимуму здоровски.

Из жизни бобровых

Сначала я хотела писать совсем не об этом, но буду об этом. Звезды располагают, карты легли. Все один к одному, чтобы рассказать о том, что у нас тут творится. А тут творится многое.

  Сегодня легендарный персонаж и мать семейства уехали в Швейцарию. На один день, но сборов и разговоров было столько, будто их ссылают во глубину сибирских руд лет этак на двадцать. И вот, когда чемоданы собраны и настроение налажено на подходящую волну, на сцену выпускают кого? Правильно. Опэр Джяну.
  ЦЕЛЫЙ ДЕНЬ опэр Джяна должна сидеть с двумя из трех детей и никого из них не потерять. Накормить ужином, почистить с ними их маленькие кариозные зубы (ахтунг, Нутелла), усадить перед телевизором и потом уложить в кровать. Этот последний пункт, разумеется, обернулся цирком, потому что эти двое из трех - две главные истерички дома: шкет и семилетняя невроидная барышня. Про ее неврозы вообще можно рассказывать бесконечно. Бесконечно хотя бы потому, что их бесконечно много. Я не помню себя семилетнюю, но почему-то уверена, что мысли о скорой кончине меня тогда мало заботили. Другое дело эта наша мадам Батерфляй. Сегодня, например, у нее заболело ухо. Казалось бы, смертельный диагноз ставить рано, но Батерфляй уже начала сочинять себе панихиду. Слезы в глазах, дрожь в голосе. Трясущимися руками она набирает номер телефона матери семейства.
  - Мама, я тебя люблю. И папе скажи, что его люблю,- надрыв, всхлип. Нижняя губа предательски трясется. - Нет, на день рождения я завтра не пойду. Что? Могу взять шоколадку? О-ох!
   Смертный одр отодвигается в сторону, слезы моментально испаряются из глаз. Теперь телевизор можно смотреть с шоколадкой! Разумеется, из чувства братской солидарности шкет выпросил сладостей и себе, но, увлекшись хитросплетениями очередного топорного мультика, совершенно про них забыл. А маленькая монголка и рада.
  Уложить их в постель было не сложно, ибо их программу выступлений я знаю наизусть. Начинается все с психов Батефляй ("у меня болит нога выскочил прыщ я умираю санитаров"), затем идет полный инструктаж о том, как какую дверь закрывать. Так как дети не уверены в силе моего интеллекта, все повторяется трижды. В особо урожайные года - четыре и более раз. Потом, собственно, обессиленные моей тупостью дети валятся в постель, а я их бдю. Потому что со мной не так страшно в этом страшном-страшном мире, я думаю.
  Сейчас дети спят, а я сижу на кухне и ем банан.
  Надо сказать, день вышел не таким уж и плохим. А если вспомнить о том, что за эти сутки (суббота с обеда и воскресенье до обеда) я получу целых два дня выходных, то становится совсем хорошо. На следующей неделе я работаю только в понедельник и вторник.
  Из других новостей - у нас тут случился первый наезд на опэр Джяну. Впервые за три недели белая госпожа высказала недовольство. Высказала мягко, посмеиваясь, но все же поделилась наболевшим.
  Дело в том, что пару дней назад я взялась выгладить рубашки. За пять евро, которые я потратила сразу же, горяченькими. Гладить я не люблю, но чего не сделаешь ради денег. Итак, рубашки выглажены, развешаны в шкафу в соответствии с законами фэн-шуя. И сегодня заказчик как бы невзначай обронил, что я, оказывается, вовсе и не профессионал в этом деле. Вот это да!
  Я понимаю. Белая госпожа заплатила свои кровные пять евро. За рубашки, которые я гладила сорок минут. Понимаю, понимаю, такая непомерная цена непременно требует соответствующего качества. Не понимаю я того, к чему это было сказано. Ведь можно было, например, отказаться от моих баснословно дорогих услуг в следующий раз. Моих мозгов как раз хватило бы, чтобы понять, что в прошлый раз мои гладильные таланты не сразили всех своей гениальностью. Или, быть может, семейный бюджет требует пять евро обратно? Тогда к чему эти хихихи да хахаха? А то получается что-то несуразное - вроде как натянуть колготки наполовину и пойти в таком виде по делам.
  Душа моя полнится негодованием, но жизнь продолжается. Нужно помнить о пяти днях выходных. Пять дней выходных, ау!

Один день из жизни бога

Я долго ждала этого момента - момента, когда дети пойдут в школу и у меня появится постоянное расписание. Потому что - что она, наша опэрская доля? Убрал, накормил, поиграл, отправил в школу. Все это неимоверное веселье время от времени разбавляется вылазками в люди, а в моем случае еще и распитием слабоалкогольных напитков на детских площадках в темное время суток. Иногда я пугаю местную фауну своими велосипедными эскападами, но, в общем-то, у жизни появился какой-то порядок. И это очень здорово.

  Немецкие дети ходят в школу пять дней в неделю. В отличие от американских Билли и Сьюзан, у Йонатана и маленькой Ханны каждый день разное расписание. А это значит, что каждый день они возвращаются домой в разное время.
  Моих монголов по утрам нет. Собираю их в школу тоже не я, но, как выразилась мать семейства, "было бы очень приятно, если бы ты сидела с ними во время завтрака". А мне что. Я все равно пытаюсь переучить себя в отпетого желтоклювого жаворонка, да и утро теперь - мое самое любимое время. Мои обязанности включают в себя проветривание дома, уборку, разгрузку посудомоечной машины, редкие и слава богу довольно однообразные игрища с детьми, готовку обеда.

Semi-finals

Послезавтра будет три недели как я здесь. Вообще ни разу не круглая дата, но пребывая в топи тоски и усталости, я как-то проморгала свои первые полмесяца и ничего по этому поводу не написала. А стоило бы, потому что итоги подводить нужно и важно.

  К чему я это? Настроение на палубе в последнюю неделю было упадническим. Матросы роптали, капитан топил свою скорбь в вине. Наш корабль все более и более удалялся от проложенного маршрута, и только богу было известно, на какой широте найдут приют наши старые хладные кости. Семья М., такая вся идеальная и безупречная в начале, стала показывать себя с иной стороны, и эта сторона нравится мне куда меньше. Нет-нет, меня не эксплуатируют и не бьют палкой за поставленную не туда кружку. Вообще, если подумать, у нас все очень даже хорошо: монголы ко мне привыкли и слушаются, с матерью семейства мы часто болтаем и вообще всячески "дружим", легендарный персонаж, этот редкий участник моих повествований, весел и саркастичен - каким он был, таким он и остался.
  Поменялось то, что даже за три недели я не начала чувствовать себя так, будто я нахожусь на правильном месте.

Мюнхен

20 сентября - дата открытия Октоберфеста. О чем мы все благополучно забыли (ах, окаянная девичья память!) и просто поехали в Мюнхен на один день. Сразу скажу: Мюнхен - не тот город, который можно быстренько просмотреть за несколько часов. Мюнхен - это симфония, каждая нота которой играет свою неповторимую роль в этом музыкальном наслаждении. Мюнхен - это золотое пиво с густой шапкой. Мюнхен - станции метро и тысячи людей, наслаждающиеся ароматным кофе на открытых террасах. Мюнхен любит тебя!

  А еще Мюнхен находится в получасе езды от Ландсберга.
  И, разумеется, именно это обстоятельство сыграло главную роль в нашем решении поехать в столицу Баварии. Мы - это четыре опэр (с кем тут еще дружить, когда твое немецкое косноязычие своей ударной мощностью превосходит водородную бомбу): Колумбия, Украина, Чехия и я. Собрались мы быстро - Мюнхен легкой бабочкой проскользнул в наших задушевных попойках на темных детских площадках, и вот, сегодня с утра, свежие и зеленые, как огурцы, мы встретились на вокзале.

Аугсбург

Наконец руки мои руки добрались до клавиатуры. Наконец можно рассказать про все те события, которые происходили под ландсбергским и частично аугсбургским небом в последние несколько дней.

  Но странное дело - чем больше событий случается, тем меньше хочется о них говорить. Думаю, такое происходит с каждым: сначала все новое кажется необычным и про все-все-все непременно хочется рассказать. Каждая былинка и травинка вызывают целый ураган эмоций. О, кто-то заговорил со мной по-немецки! Я впервые ездила по автобану! Добрые боги, тут все такое новое новое новое! А потом это новое становится рутиной, и говорить о том, что случается с тобой день ото дня становится все более и более скучно.
  Но я же графоман. Наверное, даже если запереть меня в пустой белой комнате без окон и вообще какой-либо мебели, я найду о чем написать. Говорить - нет. Но такое вот писательство - дело в некоторой степени благородное.
  Итак, в эти выходные мы ездили в Аугсбург.

Немного быта

Вчера наши монгольские девочки вернулись домой. Вернулись не одни - на все выходные к нам приехала подруга старшей монголки Мона. Для меня разницы никакой - что трое детей, что четверо. Ведь у меня выходной, а это значит, что контачу я с ними по-минимуму.

  Но вот тут какое дело: кажется, мои дети привыкли ко мне настолько, что я перестала быть для них занятной игрушкой. С монгольским мальчиком у нас гештальт - когда мы с ним наедине, он ведет себя тихо и почти образцово-показательно. Истерики и прочие проявления его незаурядных голосовых способностей начинаются тогда, когда в дверном проеме появляется мать семейства. Или легендарный персонаж, но этот последний владеет навыком виртуозно шикать - шикнет и шкет моментально успокаивается.

О семье и знакомцах

Иногда я смотрю на свой блог и думаю: "Господи, как много я разговариваю". Не в буквальном смысле, но вы поняли. Примерно каждые два дня на меня находит то самое настроение, когда весело и задорно пишется, потому что в таком случае у меня есть достойная причина не заниматься немецким языком. Но сегодня - день особый. Сегодня будет день бесполезных фактов и прочих моих наблюдений.

  Начнем с того, что немного прочистим косточки матери семейства М.
  Она классная. А еще, как мне кажется, у нее обсессивно-компульсивный синдром. У каждой чашки есть свое место, а в воду для мытья полов нужно добавить именно три пшика какого-то экологически чистого средства (наверное, из навоза). Мать семейства М., вероятно, знает домострой от корки до корки, потому что ее жизнь так же расписана по главам и параграфам. Мать семейства имеет волю культуриста, мечтающего выиграть конкурс "Мистер Вселенная", и от очи ее видят самую маленькую крошку в диаметре трех километров. Легендарный персонаж рассыпал какую-то отраву на лужайке, отчего почти вся трава покрылась желтыми проплешинами. Эти проплешины - личное оскорбление от природы и производителей отравы. Каждый раз, когда мать семейства выходит во двор, ее плечи понуро опускаются, а в глазах загорается пламя.

Вечер внезапных откровений

Стоило пожаловаться, как дела сразу пошли в гору. А гора эта - выходные. Помню, в школе я обожала послеобеденное время субботы, потому что на занятия уже больше не надо, а завтра еще целый свободный день! В настоящее время выходные дни внушают мне не меньше трепета - два дня я свободна от монгольского ига! Могу хоть на все четыре стороны и вообще. Думаю, вы поняли: выходные теперь - мое самое любимое время.

  В пятницу легендарный персонаж приехал домой в районе 2-3 часов, поэтому все оставшееся время я была предоставлена сама себе. Решив, что хорошая погода - отличный повод поразмять свои старые кости, я села на велосипед и укатила в сторону Леха. Тут стоит напомнить о грандиозной архитектуре города, которая ну никак не приемлет прямых линий: чтобы доехать до центра, нужно выполнить серию сложных кульбитов, многоступенчатых па и дважды заблудиться. Ну, это в моем исполнении.

4 сентября

Вчера был очень тяжелый день. Тяжелый в том смысле, что из-за того, что сейчас каникулы, мы не совсем определились с тем, в чем конкретно заключаются мои обязанности.

  Вчера с утра я выполняла квест под названием "Найди банк". Днем ранее мне назначили встречу с менеджером, который занимается открытием счетов. Банк находится в центре города. Семейство М. живет в новостройке на окраине. Сопоставив эти два факта, я была уверена, что с моим топографическим кретинизмом я потеряюсь где-нибудь в окружающих город лесах и умру голодной смертью последнего героя. Но я ошибалась.

Продолжаем наше заседание

Помню, когда я сообщала кому-то, что собираюсь поехать в другую страну на год, чтобы смотреть за чьими-то детьми (в том числе), то обычной реакцией был дикий хохот и примерно следующая фраза: "Ты и дети? Ну-ну, через два дня я встречу тебя в аэропорту". Но эти без сомнения справедливые люди не учли одного фактора - Жанна может все.

  И вот, похвалив себя, могу рассказать про, собственно, как прошли эти два дня.
  Нет, чувство новизны или тоски по дому еще не появилось. Как сказала сегодня мать семейства М.: "Кажется, будто ты уже здесь как минимум месяц". Мне же кажется, что я всю жизнь здесь жила.

Вот и приплыли

До Челябинска мы добирались на машине. И если вы не знакомы с таким шедевром как казахстанские дороги, то пороха вы в жизни не нюхали. Потому что казахстанские дороги - это испытание огнем, водой и всеми медными трубами.

  В Челябинске, проспав в машине несколько часов, я все надеялась, что меня наконец накроет чувство дороги. Ну, вы знаете - то самое чувство, которое так сильно напоминает помесь ожидания и страха, с тонкими прожилками надежды. Но оно все не шло.

  Не пришло и в Москве. Будете смеяться, но и в Германии оно не появилось!

  Когда я встретила мать семейства М., мы с ней как-то сразу и обо всем стали говорить, будто уже несколько лет друг друга знаем. А дети-то, дети! Дети обдали меня такой волной любви, что я едва на ногах устояла. Не скажу, конечно, что эта троица - ангелы небесные. Отнюдь нет. Обычные дети, которым не говорили, что выражать свои чувства - это что-то предосудительное. Они живые и такие непосредственные. Мне нравится.

  Не буду вдаваться в подробности о каждом своем сегодняшнем шаге. Просто скажу, что пока мне все здесь очень нравится. Я живу в подвале и в комнате у меня стоит настольный футбол. А еще их сеть вай-фай, названная легендарным персонажем (отцом семейства), переводится как "сам купи себе интернет".

  Дальше больше.