Ну, пятница. Как много скрыто в этом слове! Какая гармония в семи буквах, сколько красоты и изящества в их очертаниях!
Дитя семейства, барышня почти одного года от роду, вчера
захворала. Захворала так, что Люсиль осталась с ней дома и на работу не пошла.
Это значит, целое утро у нас было для того, чтобы время от времени
пересекаться и издавать звуки.
Думаю, зубры программы со мной согласятся – когда родители
дома, с детьми играется не столь задорно. И дело не в том, что они, взрослые,
строят всякие козни и ведут себя аморально, а в том, что не всегда понятно, что
тебе делать нужно, а что можно и не делать. Пример: когда вы с детьми дома
одни, отвечать за все тебе; на тебе роль босса жилого периметра, поэтому ты
всем заправляешь. Когда же дома родители, роли претерпевают
изменения – и вот уже не разобрать, нужно ли тебе кормить голодное дитя Сибири
или отцы сделают это сами.
Наверное, в некоторых семьях такие дела поставлены на
конвейер и все предельно понятно. Не знаю.
Итак, утро было тихим и довольно спокойным. В пятницу я
впервые должна была самостоятельно забрать взрослого ребенка из сада и отвести
на занятия по гимнастике. И все даже было круто – по дороге туда. Ну а внутри
начался концерт: видите ли, у бутылки с водой сломалась крышка и взрослый ребенок
начал орать благим матом, что он! хочет! пить! только! из! этой! бутылки! с!
крышкой! А так как бутылка была что называется капутт, сделать это,
естественно, было нельзя. Но физические законы во вселенной взрослого ребенка
имеют иные очертания, поэтому двадцать минут он выл, стенал, орал, а я
преполнялась космического спокойствия.
Благо, там были другие родители, которых мы – я и взрослый
ребенок – знаем из детского сада. Одна из них геройски пришла мне на помощь, а
я пошла взывать к силе Луны и думать о том, как тщетно и несовершенно бытие,
когда нельзя херачить детей.
Потом подоспела Люсиль (мы – я и взрослый ребенок –
позвонили ей в начале приступа безумия) и совместными усилиями и кунг-фу, тайны
которого открыты только матерям, они успокоили беснующегося малолетнего. Меня
пожалели, малолетний извинился, мир восстановили, но в душе у меня теперь
травма и рубец.
По дороге домой Люсиль сказала, что это, вероятно, был некий
вариант «обряда посвящения». Например, когда предыдущая опэр в первый раз
забирала взрослого ребенка из сада, он стал швырять в нее камни. Я камней не
огребла и вообще думала, что после совместно слепленного снеговика мы с ним
кореша на веки вечные. Но человек предполагает, а детское безумие располагает.
Теперь и я настоящий мужчина.
А вообще он, этот взрослый ребенок, - человек не плохой.
Временами, конечно, на него находит, но из всех моих пятилетних знакомых он
определенно самый адекватный. У нас с ним будет дзен. Или я его побью.
Ну а вечером этого насыщенного дня было еще два события:
ужин в компании предыдущей опэр (та, которую забили камнями) и ее жениха и
поездка в Кёльн в компании девушки из Польши.
Ужин прошел здорово, в Кёльне я познакомилась с чертовой
уймой людей, имена которых на трезвый рассудок уже не помню. Поняла две вещи:
много пива очень даже бывает и у меня отличный автопилот. Степень его
отличности можно определить тем, что все вещи при мне, линзы из глаз вон,
разрушения космического масштаба я не вершила и следов своего пребывания всюду
не оставляла. Даже убрала шапку на специальную полку для шапок. Как это сделала
– не помню, но сегодня утром, когда все еще спали, она была там, а значит, я
сделала это вот этими самыми руками.
Комментариев нет:
Отправить комментарий